Так уж сложилось, что чем громче о чём-то талдычат из каждого утюга, тем старательнее я этого избегаю. Это касается книг, фильмов, музыки, иногда даже людей. Такой уж у меня характер. Пытаюсь найти что-то «своё», что-то оригинальное и непохожее. С книгой Мэтью Макконахи «Зелёный свет» было абсолютно также. Реклама о ней преследовала меня повсюду, а рекомендации известных и не очень личностей сыпались в самых неожиданных местах. Я сдался.
Биографий я читал в своей жизни много. Над некоторыми даже работал в роли чтеца. А вот именно автобиография для меня была в новинку. Чего я от неё ожидал? Наверное, такой вопрос я себе даже не задавал.
Книга читается легко и увлекательно. Хорошая бумага, оригинальное оформление: различные вставки-заметки, блокнотные листы, стилизованные под рукописный текст, не дают замылиться взгляду и заскучать, постоянно меняя фокус внимания. Здорово, правда здорово.
Макконахи, безусловно, личность неординарная, творческая. Следить за его судьбой — отдельное удовольствие. Тем более что книга написана нарочито в ироничной, весёлой манере. Лично у меня создалось ощущение, что я познакомился в баре с интересным человеком средних лет. И вот, за кружкой пива, весь вечер этот новый знакомец травит байки из своей бурной жизни. Наверняка слегка привирает — должен привирать, ведь чистая правда плохая история. Байки обязательно весёлые, иногда даже скабрезные.
Конечно, он пропускает всё плохое — ведь кому интересно слушать про плохое? Поэтому его рассказ и не слишком откровенен — кто же будет откровенничать со случайным знакомым в баре?
Я улыбаюсь, иногда восхищаюсь. И действительно получаю удовольствие от этого разговора-рассказа. Это очень здорово — уметь сосредотачиваться на хорошем в своей жизни, понимать, но не зацикливаться на плохом. Это классная черта характера — тот самый зелёный свет, о котором Макконахи пишет свою историю. Он не учит жить, не утомляет деталями, но передаёт своё настроение, свой настрой на жизнь. Надо отдать должное — это у него здорово получается.
Но я не могу отделаться от ощущения, что он слишком уж старательно избегает любого упоминания проблем и трудностей. Макконахи пишет о них буквально парой слов, просто обозначая, что они были в его жизни. Зато увлекательно расписывает на несколько страниц, как играл в чём мать родила у себя дома на барабанах, за что угодил в полицейский участок. Это весело, классно вспомнить это в середине жизни. А о том, что этот случай едва не разрушил его карьеру, он упомянет позже — вскользь, будто ненароком. Тяжёлое последствие есть. Но оно не в кадре. И для стороннего человека всё это создаёт некий флёр лёгкости и простоты.
Ещё один пример. О смерти отца он говорит вскользь — буквально несколько строк. А потом, уже позже, пару раз обронит, что именно этот момент заставил его повзрослеть. Но что это значит? Что именно изменилось? Как он это пережил? Ответа нет. Есть факт — и есть молчание вокруг него.
Макконахи часто упоминает о том, что дисциплина помогла ему выстроить ту жизнь, о которой он мечтал в юности. Но не описывает её. А даже наоборот, приводит примеры того, как часто нарушал собственные правила и установки, а удача приходила к нему сама.
Книга учит ловить зелёный свет, но почти ничего не говорит о том, как пережить красный.
Это красивая витрина. Но весь труд остаётся за ней — его никто не видит. Я считаю, что это тоже некая крайность. Почему? Потому что я видел примеры того, как люди начинают верить в то, что именно так должно быть. А любая трудность воспринимается как личный провал и даже трагедия.
И дело тут не в Макконахи. Он имеет полное право рассказывать свою жизнь так, как ему удобно, — с юмором, с монтажом, с зелёным светом в каждом кадре. Дело в том, что такая же красивая обложка — у рекламы, у соцсетей, у чужих успехов, которые мы видим только с парадной стороны. Он просто попался мне под руку — яркий, обаятельный, талантливый. На его примере это видно особенно отчётливо. А суть одна: мы привыкли смотреть на чужую жизнь через витрину и забываем, что за ней остаётся невидимый труд. И когда читатель принимает эту лёгкость за норму, за универсальную инструкцию, он рискует поверить, что если у него тяжело — значит, он просто неправильно живёт. А потом приходит болезнь, потеря, провал — и оказывается, что к ним его никто не готовил.
Поэтому для меня «Зелёный свет» — не учебник жизни. Это история настроения. Её стоит читать как вдохновение, а не как метод. Как разговор с обаятельным незнакомцем в баре: приятно, увлекательно, иногда полезно. Но домой ты возвращаешься всё равно своей дорогой. И по ней, кроме зелёного, горит ещё и красный. И это нормально.
